автор Gekkonidae

Три пробуждения Шивы

Почти всю продолжительность Бытия Шива пребывает на острове Шуньятты посреди создаваемого и поддерживаемого его братьями мира. Нельзя сказать, что ему снятся сны, но нельзя и сказать, что ему не снится ничего. В первый раз Шиву будит Вишну и свет звёзд, созданных Брамой. Шива приглушает их сияние почти не прерывая сна, неосознанно и возвращается в забытье.


Во второй раз Шива пробужден лишь наполовину. Он не может и не желает понять, наяву или во сне он ведёт войны и сражения со своими братьями, их потомками и демонами. Он скользит между пластами реальности, словно адмирал мимо освещенных витрин закрытых на ночь магазинов.
В третий раз пробуждение Шивы кошмарно - он просыпается в мире Земли, слишком твёрдом, слишком мёртвом, слишком пустом. А проснувшись, он обнаруживает, что его остров, пятно Шуньятты исчезло, и, чем дольше он остаётся в этом мире, тем основательнее он забывает обо всём случившемся с ним прежде и о себе самом. Наконец, единственное, что остаётся в памяти Шивы - это его способность и умение танца, способного возвратить Всё в исходное состояние, сделать Бытие недействительным, несущественным.


Поэтому Шива танцует. Снова и снова прилагает он усилия, чтобы поймать ту единственную нить, тот ритм, что сделает его танец сильнейшим магическим действием - последним, что не было реализовано в завершающемся Бытие. Но сознание Шивы полно сомнений, потому что он лишен Шакти и его рассудок ведёт его лисьими тропами.
В это время богиня Кали переносится на Землю, чтобы понять, почему Бытие всё ещё не завершено, хотя Брама уже заснул, а Вишну вот-вот погрузится в дремоту, а мир без участия Тримурти стекленеет и  сворачивается вокруг себя. Кали видит Шиву и намеревается уничтожить его, чтобы с ним, последним из братьев, завершилось всё созданное их Цветами. Но сейчас она может убить только человека, но не бога.


Кали мчится по Земле, уничтожая всех встречающихся ей существ, но через какое-то время понимает, что ей не справиться: словно пуля она замедляет свой смертельный полет, он гасится миром.
Тогда Кали возвращается к Шиве, который лежит на земле, обессилевший. Кали принимает образ женщины и, встав ногами на тело Шивы, начинает танцевать свой танец. От её движений Шива кричит и его крик каким-то образом связывает его сознание с Шуньяттой, погружается в неё. Так Шива вспоминает себя и ту последовательность движений, которую осуществил Брама, создавая мир.
Шива проделывает эти движения в обратном порядке в своём танце - теперь нить, ритм ясно виден ему - следуя нити, он лишается сомнений рассудка.
Танец Шивы является последней возможностью, которая ещё не было реализована бытием, сочетанием всех Цветов, и, исчерпав себя, завершив полный оборот, Бытие вспыхивает на мгновение и гаснет, проваливаясь в Шуньятту.