Кастовые корреляты типов знания

Автор: Вадим Румынский

http://pranava.livejournal.com/

Оригинал текста здесь: http://pranava.livejournal.com/45378.html

 

Современная так называемая "наука" - изобретение ремесленников, то есть людей, имеющих дело с обработкой косной материи посредством ее самой и, соответственно, мыслящих все сущее в ее образах и терминах. Проявляется это, прежде всего, в основах, главная из которых - так называемый экспериментальный метод. В сущности, сводится он к необходимости проверки любой теории данными чувственного восприятия, какими бы сложными устройствами - от лупы до «ускорителя элементарных частиц» - не было оно опосредованно. Отсюда - шизовые, на взгляд любого непредвзятого (и не лишенного собственной сути «естественнонаучным» образованием!) не-ремесленника, теории (вроде квантовой механики), гипотезы (например, изотропность пространства) и проблемы (корпускулярно-волновой дуализм). 

 

Однако, «ремесленный» метод - не единственный из возможных. Свой подход к реальности имеется у каждой, традиционно говоря, касты, каждая из которых проявляет его, выдвигаясь на авансцену истории. Считается, что впервые написал об этом Юлиус Эвола, у которого данное наблюдение обобщено в виде своеобразного «закона сменяемости (точнее, регрессии) каст», но упомянутое обобщение распространяется почти исключительно на сферу социально-экономическую и идеологическую: способ производства, общественное устройство, формы правления, типы религиозного сознания и т. п., тогда как различия гораздо глубже и фундаментальнее.

 

Говоря вкратце, то, что для низшей касты (варны) - цель, для высшей - средство. Если для вайшьев (крестьян, ремесленников, торговцев) цель - освоить методы и уловки воздействия на реальность (то есть, по-гречески, технику), кшатрии (воины) осознанно используют их, преследуя совершенно иную цель - научиться влиять на реальность непосредственно (то есть, условно говоря, обучиться магии). Целью браманов (жрецов, учителей и «волшебников») является абсолютное знание и соответствующие ему свобода и сила. Поэтому все остальное может интересовать их лишь в прикладном аспекте, то есть с точки зрения использования для достижения этой цели.

 

Если еще короче: цель вайшьев - власть, цель кшатриев - любовь (поскольку без нее не возможна никакая настоящая магия), цель браманов - свобода. Есть еще, правда, четвертая каста - шудры - и их цель еще проще: удовлетворение собственных желаний и потребностей. Конечно, оно свойственно и всем остальным, но только шудры ставят его во главу угла. (То есть, в современном обществе, где социальное положение в большинстве случаев никак не соотносится с кастовой принадлежностью, можно смело называть шудрой всякого, кто придерживается подобной системы ценностей.)

 

В индийской традиции, соответствующая иерархии каст иерархия жизненных целей носит несколько идеализированный характер: кама (чувственное удовлетворение), артха (овладение искусством, мастерством), дхарма (постижение законов и природы вещей) и мокша (освобождение). Каждой из этих целей необходимо добиться, чтобы перейти к следующей, однако на практике все совсем не так: для большинства представителей касты цель превращается в самодостаточный фетиш. Здесь необходимо еще раз оговориться, что под кастой имеется в виду НЕ социальное положение, то есть, принадлежность к тому или иному общественному классу, а врожденная природа человека (в текущем воплощении), проявляющаяся как совокупность психических свойств.   

Данная иерархия целей привязывается также к представлению об этапах жизненного пути (ашрамах): брахмачарье (девственном состоянии до брака), грихастхе (состоянии семейного человека), ванапрастхе (времени подготовки к отречению) и санньясе (отречении).

 

Неизвестно, существовало ли общество, реализовавшее подобную систему ценностей, сколь-нибудь продолжительное время, или все это - лишь отвлеченный идеал. Несомненно, что следы некоторого его подобия можно обнаружить в Индии до сих пор. Однако при этом, система каст (варн) претерпела там существенные изменения уже много сотен лет назад. И, впервую очередь, в сторону усложнения или, вернее сказать, дробления, вплоть до выделения в отдельные варны того, что в средневековой Европе назвали бы цехами или ремесленными корпорациями. 

 

В виду сказанного, методы познания, присущие другим кастам, вырисовываются достаточно четко. Для кшатриев, это, прежде всего, - иследование собственных внутренних возможностей путем применения различных психотехник и медитативных практик в процессе освоения различных искусств, прежде всего, боевых. До момента окончательного торжества «лавочников» - то есть, примерно, до начала-середины 19 века - подобная система обучения была достаточно типична и для Европы и для Востока. Это знаменитые «семь свободных искусств» (в сочетании, с боевыми), аналогичная система из пяти искусств в Китае и т. п. К настоящему времени в целостном виде подобные системы не сохранились почти нигде, поскольку перестали давать обучаемым какие бы то ни было практические навыки для достижения шудрианских уже, по преимуществу, целей, навязываемых людям современной социальной машиной. Вряд ли многие из начинающих изучать, например, тайцзы-цюань всерьез надеются достигнуть уровня, на котором смогут, образно говоря, смело идти против паровоза - для этого есть танк. А для получения чувственных удовольствий есть деньги, наличие которых уже никак не зависит от твоего искусства.

 

Метод познания, свойственный браманам, - это непосредственное узнавание в сочетании того, что мы назвали бы интроспекцией, с деятельностью, подчиненной глубоко осознанным универсальным принципам. Такой метод теперь еще более редок в своем настоящем виде, поскольку распался на отдельные дисциплины, практикуемые всеми, кому не лень (например, «йогу», медицину, «медитацию» и т. п.), а каким он был в своей целостности, не знает уже никто. Сама современная жизнь (по крайней мере, в городе) исключает его применение в неизменном виде, хотя лично я многократно был свидетелем того, как настоящим (кастовым) браманам удается сохранять и проявлять свою сущность даже в этих непростых обстоятельствах. Тоска и даже не совсем безуспешные попытки вернуться к нему ощущаются у наиболее ярких представителей, так сказать, «шаманской» литературы: от Кастанеды до Серкина (http://www.klex.ru/1kx). Последний, надо сказать, дает гораздо более (на мой взгляд) ясную и объемную картину, не изобретая недостаточно определенных понятий и не вводя психически травматичных образов, не вписанных ни в какую целостную систему представлений.