В подземной тюрьме, расположенной под замком Дракулы, было три уровня.
На первом, самом верхнем, содержались обычные уголовники –
воры, убийцы, разбойники, и те, кто задолжал подати.
На втором, более глубоком, находились камеры для колдунов и ведьм.
Туда помещались все те, кто был обвинён в преступлениях против христовой веры.
Стены камер здесь были разрисованы изображениями креста и покрыты, написанными по-латыни, цитатами из Библии.
Тюремщики, охраняющие второй этаж подземелья, были обучены очень быстро проговаривать защитные молитвы
(«Отче наш», «К Деве Пресвятой – благословил Господь чрево твое» и т.д.).
И, наконец, на третьем, самом глубоком уровне, было всего три камеры.
То были особенные камеры!
Их стены, пол и потолок облицованы серебряными пластинами, пригнанными друг к другу так плотно,
что между сторонами пластин не оставалось зазора.
Двери сделаны из плит дамасской стали, и тоже окованы чистым серебром.
Коридор подземелья освещен лампадами, в которых горит мирровое масло, доставляемое из Иерусалима.
Серебряная эта тюрьма предназначалась для оборотней и вампиров.
Издревле сия напасть терзала Валахию и Трансильванию.
У местных жителей была даже легенда, в которой говорилось о том, что первым вампиром являлся сам Каин,
поселившийся в здешних горах ещё до Потопа.
Трансильванцы говорили – «А разве вы не знаете, что Каин убил своего брата Авеля именно так –
укусив его за шею и высосав кровь из прокушенной жилы?»
Появление оборотней тоже связывали с Каином.
Считалось, что первым оборотнем стал человек, укушенный одной из собак принадлежавших Каину,
а ведь, как известно, псы этой породы стерегут узников в Аду.
Численность вампиров и оборотней в регионе волнообразно колебалась в течение столетий
и это чем-то, напоминало приходы и откаты эпидемий.
Были периоды, когда нечистая сила размножалась очень быстро,
и население целых деревень превращалось в упырей или заболевало ликантропией.
Были периоды, когда волна нечисти шла на спад и о былых ужасах напоминали только легенды,
да смутные, путаные рассказы самых древних стариков.
На момент правления Дракулы, во всей Трансильвании не было ни одного действующего вампира.
Последний из них – Никодим Гротто, был пойман ещё прадедом Влада Дракулы – князем Владиславом Молдавским
(кстати, князь исповедовал православное христианство, но затем по политическим мотивам обратился в католичество).
Так вот – две «серебряные» камеры из трёх на нижнем уровне подземной тюрьмы пустовали, а третья – содержала в себе обитателя.
Впрочем, назвать его обитателем было бы не совсем верно.
Обитатель – это ведь тот, кто «имеет быт, бытие», живёт.
А существо, запертое в серебряной камере, было не вполне живым существом.
Оно выглядело как сидящий в дальнем углу серебряного помещения человеческий скелет,
состоящий из пожелтевших костей, обтянутых сероватыми, полупрозрачными плёнками и затянутый паутиной.
Это и был Никодим Гротто – последний из трансильванских вампиров.
Трудно сказать, почему Владислав Молдавский не убил его.
По непроверенным данным, он собирался отправить Гротто в Ватикан для изучения в Естественной Коллегии Святой Инквизиции,
но что-то ему помешало
(возможно физическая смерть. Он был отравлен старшим сыном Николаем, дедом Влада Дракулы).
Так или иначе, но вампир, впавший в своеобразный анабиоз, («сикоз», — высыхание до состояния мумии.
Это типично для вампиров лишённых источника свежей человеческой крови)
находился в заточении уже второе столетие.
Дракула, разумеется, знал об этом необычном узнике, и даже видел его однажды –
когда осматривал свои владения сразу после возвращения из Рима и вселения в замок Агр.
Ключи от серебряных камер граф всегда держал при себе.


Дата: 3 Март, 2008